Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница

Я все еще пытаюсь заснуть в то время, когда основная масса людей наоборот просыпается, с рвением вливаясь в новый день. У меня этот день начался довольно неоднозначно, а потом и вовсе все пошло не так. И сказать, что это меня расстроило, было бы мало... это как выстрел: больно и неприятно, и кажется, будто я весь горю изнутри. В ушах до сих пор слышаться слова Фрэнка... такие холодные, грубые и тяжелые, каждое, как резкий и сильный удар. Почему он заставляет меня чувствовать это? Мне бы хватило и физической боли, этого было бы достаточно, но он решил сделать мне еще хуже и пусть Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница не совсем преднамеренно, но он ведь не может не понимать, что он заставляет меня чувствовать. Но мне не привыкать, я и с этим смирюсь, если другого выбора не останется. Я попытаюсь смириться.

POV Frank

Сейчас я займусь работой, и все мысли сами по себе исчезнут, испарятся, как будто их и не было. Работа имеет хорошее свойство – отвлекать от всего лишнего, надо только полностью поглотиться в нее, утонуть в ней и больше ни о чем не думать. Сейчас это именно то, что мне нужно. Я люблю подумать о чем-то, но мысли, заполняющие мою голову сейчас, меня ничуть не вдохновляют Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, а наоборот скорее угнетают. Чувство угнетенности это меньшее, чего я сейчас бы хотел. Мне надоело обдумывать произошедшее сегодня, винить себя в чем-то, за что-то бояться, я хочу это отпустить хотя бы на время. Хочу поверить, что ничего не произошло, хочу почувствовать, что мое сердце свободно, что нет никаких проблем. Джерард остался там в своей квартире, и я все-таки верю, что с ним все в порядке, а я тут, и в предвкушении насыщенного рабочего дня.

Я остановился перед дверью в морг, уже ощущая, что температура воздуха ощутимо понизилась, но внутрь я все еще не захожу. Я как Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница будто готовлюсь к забегу, с волнением смотря на свою дорожку. Я резко мотнул головой и решительно открыл эту чертову дверь. Все, как обычно... я осмотрел помещение, будто бы ища что-то необычное и из ряда вон выходящее, но за день так ничего и не изменилось. И, черт возьми, это замечательно. Я на секунду улыбнулся своей необъяснимой мгновенной радости и сразу же прошел дальше. Мой ассистент, увидев меня, только кивнул, на что я ничего не ответил и вообще никак не отреагировал. Я снял с себя пальто, повесив его на вешалку у входа и надел, так сказать рабочую форму: халат и бахилы. Я Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница полностью готов к работе, по крайней мере, внешне я выгляжу как обычно, а то, что внутри не должно никого волновать, а уж трупов это интересует меньше всех.



Я пошел дальше, вглубь морга, вглубь моего царства мертвых, и все это время мой помощник стоит ко мне спиной и, кажется, разбирает инструменты. Я слышу только тихий звон металла, долетающий до меня. Удачный день должен быть, судя по всему. И, надеюсь, интересная работа, которая вытащит меня из моих мыслей. Я подошел ближе к операционному столу, и там действительно лежит чье-то тело – я довольно улыбнулся и направился к своему рабочему столу, чтоб Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница ознакомится с «личным делом» моего пациента. Конечно, все написанное на этом листке мне мог бы рассказать и мой ассистент, но я не хочу слушать его болтовню, потому что она меня раздражает, и я не могу сосредоточиться. Я способен со всем разобраться сам без чьих-то объяснений или комментариев, если они не так уж необходимы. Я тряхнул бумагой, и стал внимательно вчитываться в каждую буковку, и раньше, честно говоря, с этим проблем у меня не было, но только не сегодня. В голове каша и все, что я читаю, остается где-то вне моего внимания, я читаю и совершенно Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница ничего не запоминаю, потому мне приходится начинать все заново, хотя и во второй раз я не особо сдвинулся с места. Мозг как будто не хочет воспринимать какую-либо информацию и просто всячески игнорирует ее. На столе лежит еще парочка листков, но мне кажется, что я до них так и не доберусь, а если и доберусь, то толком ничего не пойму. Я со злостью положил листок обратно на место с практически непреодолимым желанием порвать его к чертовой матери. Я стукнул по столу поверх того самого листка, и, пожалуй, сделал это чуть громче, чем сам ожидал, и паренек, стоящий где-то позади Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница меня, обернулся и взволновано посмотрел на меня.

- Все в порядке? – он сказал это немного робко, потому что он боится заговорить со мной, так как я всегда отвечаю на подобные попытки с присущей мне грубостью.

- Да, - я старался отвечать, как можно спокойней, хотя на самом деле, я начинаю все больше и больше нервничать из-за того, что я не могу отвлечься от своих мыслей, как бы сильно я этого не хотел.

- Там что-то непонятно написано, может, что-то не так? - опять спросил парень, и лучше ему сейчас заткнуться, пока я сам его не заткнул. Слишком много ненужных вопросов. Слишком Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница много.

- Я же сказал, все в порядке! – на эту фразу мое спокойствие уже не распространялось, я уже откровенно заорал на своего ассистента. Представляю, сколько раз он уже проклял меня за то, что ему приходиться работать со мной, терпеть меня. Но ведь я тоже его терплю, потому в этом смысле у нас с ним равные условия.

- Все готово, - он сказал это тихо и без малейших эмоций. Все, как нужно, все, как я хочу. Я надел на себя фартук, желая поскорее начать работу.

Я подошел к операционному столу и медленно снял ткань, накрывающую труп. Мне постепенно открывается бездыханное тело еще Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница молодой девушки. Еще вчера она, наверное, боролась за жизнь, не хотела сдаваться, но потом эта жизнь просто ускользнула от нее, и теперь не осталось ничего: сердце затихло, легкие перестали вздыматься. Просто тело, не имеющее никакого значения. Мой ассистент уже наверняка провел наружный осмотр трупа, но я сделаю это сам для себя еще раз, чтоб лишний раз ничего не спрашивать у него.

После того, как я увидел достаточно, изучил девушку внешне, я надел перчатки, что свидетельствует о моей полной готовности начинать вскрытие. Всегда подобные «задания» на работе вызывали у меня нечто похожее на радость, интерес. Когда есть возможность провести Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница вскрытие – это смело можно называть невероятно удачным рабочим днем. Я думал, сегодня это принесет мне такие же чувства, что и обычно, но сегодня мне совсем не до работы. Я не думаю о том, о чем должен думать сейчас, я как будто не присутствую здесь, я до сих пор там, в той самой маленькой квартирке моего художника. Почему это все не может наконец прекратиться, почему он не может дать мне спокойно поработать, зачем он постоянно задевает мои мысли.

- Можем начинать, - сказал я как-то отвлеченно, все еще пытаясь противостоять тому, о чем я думаю сейчас, что дается мне довольно сложно, если Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница не сказать, что очень сложно. Во что я впутался...

Я протянул руку без всяких слов, но мое действие нашло понимание, и в моей руке почувствовался небольшой холодный металлический предмет. Я тут же схватил его, твердо держа своими пальцами. Я уже опустил руку к телу, чтоб сделать нужный надрез и наконец-то начать процесс вскрытия, но я заметил, как она дрожит. Как будто руки не поддаются моему контролю – со мной еще никогда такого не было, я всегда работал профессионально и четко. Что со мной происходит? Захотелось сжать этот скальпель в кулак и со злостью ткнуть его в лежащий труп, но вместо этого Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница я решил сдержать свои эмоции и развернулся к своему ассистенту. Он вопросительно посмотрел на меня, не понимая, чего я от него хочу.

- Сегодня вскрытие проводишь ты, - сказал я и протянул ему инструмент, раскрыв ладонь. Он бросил на меня недоверчивый взгляд, боясь что-то ответить мне. – Ну, бери уже наконец-то!

- Но... что-то не так? – осторожно спросил он. Почему нельзя просто сделать то, что я говорю, а обязательно нужно задавать какие-то вопросы. Я сказал проводить вскрытие, а остальное это уже не его дело. Пусть думает, что я просто так захотел.

- Почему что-то должно быть не Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница так? Я сказал тебе проводить вскрытие или ты чем-то недоволен? – я сказал это каким-то командным тоном и, не намереваясь ждать пока этот парень все-таки удосужится забрать у меня скальпель, я сам всучил ему его. Он, по всей видимости, не ожидал этого и начал перекручивать его у себя в руках, чтоб не уронить на пол.

- Просто Вы... Вы всегда проводите вскрытие самостоятельно, Вы никогда не упускали такую возможность, - проговорил он, когда я уже сел за свой стол, стягивая с себя перчатки и снимая свое рабочее «обмундирование».

- Считай, что сегодня твой день и пожалуйста, давай без вопросов. Ты ведь Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница знаешь, что делать – так приступай, - я махнул рукой, призывая парня к работе, и он несмело повернулся к трупу.

- А Вы не будете руководить процессом? – поинтересовался он, поглядывая на меня.

- Ты много раз видел, как это делаю я, да и в университете тебя тоже наверняка чему-то научили. Я думаю, ты сможешь сделать это и без меня, по крайней мере, тебе придется, - ответил ему я и он нервно сглотнул, мне показалось, что я даже услышал этот звук.

- И все-таки, почему Вы... – он не договорил, потому что я попросту не позволил этому случиться.

- Дэйв! Замолчи наконец-то и работай Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Мне надоело выслушивать твои бредни! Я сказал тебе заняться вскрытием, так будь добр – приступай! – этот парень окончательно вывел меня из себя. Невозможно же быть таким надоедливым придурком!

- Я не Дэйв... Я Дрейк... – от этой реплики ему тоже стоило воздержаться, потому что она разозлила меня еще больше.

- Слушай, мне похрен! Не заставляй меня орать на тебя или тебе это нравится? Развернись и работай, выполняй указания! А я сейчас ухожу, буду завтра... Это в принципе все, что тебе нужно знать. Так что, как понимаешь, работать тебе сегодня придется в гордом одиночестве, но я не думаю, что ты будешь по мне скучать. И еще Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница... сделай все, как нужно – ты уже не в университете на занятиях, потому права на ошибки я тебе не даю. В общем ты меня понял, и ты сделаешь все, как я сказал, если сам не хочешь оказаться на этом операционном столе, - я коротко засмеялся, сказав это, хотя желания особого не было и стремительно направился к выходу, попутно прихватив свое пальто.

Я вышел на улицу, и у меня даже не возникало вопроса, куда мне идти. Я пойду к Джерарду, потому что именно из-за него я сегодня ухожу с работы, когда она практически только началась. Чувствую себя какой Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница-то малолетней девочкой, прогуливающей уроки ради того, чтоб повидаться со своим парнем. Но это чувство волнует сейчас меня меньше всего, я просто знаю, что должен оказаться там, рядом с Джерардом, потому что не знаю, как он мог отреагировать на мой поступок. Я волнуюсь за него, и больше всего мне хотелось бы, чтоб с ним все было в порядке. Если он опять попытался что-то сделать с собой, то виноват в этом буду только я. Я, наверное, все делаю неправильно: я пытаюсь сделать лучше для нас обоих, но в итоге делаю только хуже, ведь ни мне, ни ему не стало легче. Я думал Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, что так правильнее, может, и сейчас думаю, что это правильно вернуть все на свои места. Но знаете, к черту эту правильность! Не в нашем случае нужно думать о правильности, когда все и без того слишком неправильно. Главное теперь не опоздать, главное, чтоб не оказалось слишком поздно.

Я уже стою напротив двери квартиры Джерарда. Я чуть ли не бежал сюда, я, наверное, никогда еще так никуда не спешил. Я проворачиваю ключ в замочной скважине настолько быстро, насколько это возможно и распахиваю дверь, но это я уже делаю аккуратно. Я медленно переступаю порог, как будто боясь войти внутрь, боясь увидеть там Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница что-то ужасное. Я прохожу дальше, закрывая за собой дверь. Сердце уже чуть ли не выскакивает из груди, а я стою в комнате Джерарда. Он лежит на краю кровати, развернувшись спиной ко мне, совершенно неподвижно и это меня даже напугало.

- Джи... – я сказал это тихо, но так, чтоб меня можно было услышать. Ответа не последовало.

19.

POV Frank

Ни звука, ни единого звука. Кажется, что тишина стреляет по ушам, напрягая своей тяжестью, угнетающей, будто бы весящей над душой. Я задержал дыхание, боясь сделать хоть малейшее движение. И мне почему-то не хочется опять позвать Джерарда, опять назвать его имя Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, потому что я боюсь, что он опять не ответит мне. И пусть это глупо, но сейчас я так боюсь, что мои худшие опасения осуществятся. Лучше не знать и думать, что все нормально, чем знать и мучится. Так легче, так проще, но это отнюдь не выход. И я пришел не для того, чтоб развернуться и уйти, я пришел к нему, чтоб быть рядом, потому сейчас не самое подходящее время для страхов. Да и чего мне бояться? С чего я взял, что что-то произошло? Почему я сразу же настраиваю себя на худшее, хотя по сути ничего ужасного не случилось. Пока что Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница не случилось.

Я сделал один шаг, лишь один, но широкий и смелый шаг вперед. Что будет, то будет... И почему я так нервничаю, что я себе придумал? Я выдохнул воздух, чувствуя, как в один момент опустошаются мои легкие. Еще шаг – я аккуратно опускаюсь коленями на кровать и, ерзая по ней, помогая руками, пододвигаюсь ближе к Джерарду. Он все еще развернут ко мне спиной, но теперь он уже достаточно близко, чтоб я отчетливо мог видеть, как он дышит. Он спит, он просто спит... Как я мог подумать что-то другое? Как только это пришло мне в голову? Сейчас мысли, которые Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница посещали меня пару секунд назад, кажутся мне неимоверной ерундой, совершенно невозможной и даже смешной. Я наклонил голову, прислонившись к плечу Джерарда. Не знаю, что на меня нашло, но я как-то истерически хихикнул, вроде бы и тихо, но все-таки пронзительно. Наверное, это из-за резкой смены настроения, эмоциональных переживаний, да и усталость от этой всей ситуации не может не сказываться.

Он спит... И, слава Богу, в которого я никогда в жизни не верил, и сейчас в принципе тоже не верю, но я просто не знаю, кого я еще могу поблагодарить. С ним все в порядке, я не Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница опоздал – это заставляет меня чувствовать себя в какой-то степени счастливым, а еще это приятное чувство облегчения, будто бы с сердца упал тяжелый груз, освобождение... Я наконец-то поднял голову с его плеча и слегка приподнялся, долго смотря на него, как он спокойно спит и не чувствует боли. Спит так, как я ему почти ни разу не удавалось поспать за эти несколько дней. Он, наверное, чуть ли не мечтал об этом сне, бредил им, и он его получил. Я рад, что он, кажется, идет на поправку. Нет, я уверен, он совсем скоро вернется в нормальную жизнь, не омраченную наркотической зависимостью Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Совсем скоро Джерард одержит эту победу, свою личную победу. Победу над самим собой, выигрыш, ценой в новую жизнь. Ведь она должна быть новой, она обязана быть новой и так обязательно и будет. Он уже на финишной прямой, сворачивать некуда, забег остановить невозможно. Пару дней и он будет свободен от того, что раньше держало его, руководило им, теперь этого не будет. Только пару дней, всего-то ничего осталось. Он выкарабкается, хотя я и сам в это раньше не верил, но теперь я точно знаю, что у него все получится, ведь большую часть пути он уже прошел.

Я склонился над ним и Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница мягко поцеловал в висок, но он, скорее всего этого даже не почувствовал. И пусть... пусть... ему нужен этот сон. Я лег рядом, смотря в белый потолок. Я даже не сразу понял, что лежу с улыбкой на лице, что я чему-то улыбаюсь все это время. Я повернул голову в сторону Джерарда и слова сами сорвались с моих губ: «Я обещал, что не брошу тебя. Надеюсь, ты все еще мне веришь». Я сказал это шепотом, как будто самому себе, хотя, наверное, так и есть, ведь Джерард все равно меня не слышал. Он проснется, но этих слов в его Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница памяти не будет, зато они живут в моих мыслях. Я повернулся обратно, опять «гипнотизируя» потолок и стал обдумывать то, что только что сказал. Надеюсь, ты мне все еще веришь... А вдруг он больше не верит мне? Вдруг после того, что я натворил сегодня, он больше не сможет или не захочет мне поверить. Может, он думает, что я и вправду предал его, а тот, кто предал единожды, сможет предать дважды. Он ведь не знает, как все есть на самом деле. Наверное, он разочарован во мне, да и это было бы не странно. Если он больше не захочет верить мне, я пойму и Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница ни в коем случае не буду винить его. Я сам виноват и я это признаю, но в любом случае я дойду с ним до конца, эти пару дней я еще буду с ним. А потом... потом он уже сможет разбираться сам со своей жизнью, он поймет, что ему нужно и чего он хочет. Если я стану лишним я не стану обижаться или проклинать его, нет... Я заживу, как прежде, если, конечно, у меня это получится. Может, я буду ненавидеть себя, а может, приму эту влюбленность, как новый опыт в моей жизни и в очередной раз удостоверюсь Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница в том, что любовь только разрушает. Во всяком случае, я готов к любому из вариантов. Я не буду страдать, если мне придется уйти. Я просто попытаюсь забыть – я так решил для себя. А как все будет на самом деле, я не знаю, но ведь ждать осталось не так уж и долго. Конечно, я все еще хочу надеяться на то, что он сможет простить мой поступок, что он все еще верит мне, хоть чуть-чуть. Сейчас, когда моя жизнь так изменилась, когда я сам стал в чем-то другим, я хотел бы верить, что не потерял Джерарда, который и сделал Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница мою жизнь именно такой.

Я не заметил, как и сам заснул рядом с ним на этой кровати. Я спал, пока не услышал голос, который был обращен именно ко мне.

- Фрэнк? – удивленно спросил Джерард. Я еще не открыл глаза, потому не могу его увидеть, но я точно знаю, что он не ожидал, что я приду так скоро.

- Да... а ты спи... – то, что я промычал дальше, звучало, как набор звуков, в котором с трудом можно было разобрать какое-нибудь слово. Мой организм отказывается просыпаться, опять возвращаясь в сон, но кто-то не бросает надежд вытащить меня оттуда. Я чувствую легкие несильные толчки в Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница плечо, которые не дают мне уснуть и оставляют меня в реальности, хотя и на самую малость. Но если это повторится еще пару раз, то о сне мне уже и думать не придется... похоже, так и будет.

- Фрэнк! – в ушах зазвенело мое имя, и я подумал, что, наверное, мне не стоит больше пытаться заснуть.

Я приоткрыл глаза и первое, что я увидел это лицо Джерарда, лежащего в нескольких сантиметрах от меня. Он смотрит на меня, ожидая что-то услышать, но я лишь лениво и довольно улыбнулся. Но он не улыбнулся мне в ответ, он просто смотрел прямо мне в Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница глаза, так грустно и обиженно. Конечно, он ничего не забыл, это было бы странно. Похоже, сейчас будет нелегкий разговор... что ж, я не буду оттягивать этот момент. Я сел на кровати и на этот раз уже полностью открыл глаза и дернул головой, чтоб окончательно выйти из состояния сонливости. Я знаю, что сейчас я должен был бы начать этот разговор, потому что было бы правильно, если бы это сделал именно я, но я не могу даже придумать, что мне сказать, какие слова мне нужно подобрать. Какие-то смешанные мысли, в которых я теряюсь, беспомощно перебирая каждую, стараясь выбрать ту, которую Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница можно озвучить.

- В общем... я решил, что должен прийти, - сказал я, и это прозвучало как-то несмело и неуместно. Я сразу же пожалел, что начал разговор именно так. А ведь раньше у меня не возникало проблем при разговоре с кем-либо, я всегда мог подобрать подходящую фразу. Но это было раньше... и это было не с ним...

- Зачем? – спокойно спросил он.

Одно слово и внутри как будто все сжалось. Одно слово, в котором такой резкий упрек. Все правильно, а как могло быть иначе, на другое развитие событий вряд ли можно было рассчитывать. Я задел Джерарда своим поступком, не встретил бы Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница он меня с распростертыми объятиями, будто бы ничего и не было. Неделю назад я, наверное, был бы уверен, что могу заявиться к нему когда угодно, не зависимо от того, как я с ним поступаю и он примет меня, потому что он без меня не обойдется, потому что я ему нужен. Я мог делать все, что захочу, и мне было бы плевать, что чувствует сам Джерард, я даже не задумывался над тем, что могу причинять ему боль, потому что именно этого я и хотел. Но теперь, когда я причиняю боль ему, я тоже чувствую ее. Все изменилось слишком Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница быстро, слишком кардинально... все стало таким странным для меня. И может, я не хотел, чтоб это произошло со мной, но ведь у меня никто не спрашивал. То, что было раньше осталось в прошлом, нет смысла его возвращать, что-то исправлять потому, что я не сотру себе память, можно попытаться жить как раньше вопреки своим чувствам, но пока что можно еще попробовать жить с тем, что есть, пока еще есть хоть какая-то возможность.

- Я подумал, что должен прийти, - ответил я. Опять не то, что нужно, опять все не так. Почему я не могу сказать так, как есть на Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница самом деле, а не идти обходными путями.

- Зачем? – опять тот, же вопрос, на который я так нормально и не ответил. Мне не хватает смелости или я просто боюсь ответа Джерарда? Черт... как же глупо.

- Я волновался за тебя, потому что я тогда так... – я не договорил, когда почувствовал ладонь Джерарда, накрывающую мою руку.

Я не знаю, как сейчас воспринимать этот жест и как его можно расценивать, что последует за этим, на какой ответ с его стороны я мог бы рассчитывать. Я медленно поднял глаза и обернулся к Джерарду, который лишь вздохнул и сам опустил голову. Он собирается что-то Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница сказать, и я жду его слов, какими бы они ни были для меня, в любом случае я должен их услышать, я должен знать, что он думает. Он не станет врать, не станет скрывать того, что чувствует – он не такой, как я.

- Почему ты тогда так поступил со мной? Знаешь, что я подумал? – он смотрит прямо в глаза, передавая мне все свое отчаяние. Я чувствую себя еще больше виноватым, потому что я знаю, что он подумал. Я понимаю, я осознаю, что был не прав, но я не должен был поступать так с ним, он просто напросто не заслужил этого, тем более в такой Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница ситуации.

- Знаю, - тихо ответил я. Мне захотелось отвернуться от Джерарда, чтоб не видеть того, как он смотрит на меня, чтоб не ощущать этот взгляд полный обиды и не знать, что причина этой обиды это именно я. Он убрал свою руку от моей руки, причем сделал это довольно резко, после чего раздраженно покачал головой. Ничего хорошего от этого ждать не придется, по крайней мере, мне так кажется.

- Да нихрена ты не знаешь! Ты не был тут на моем месте, ты не чувствовал себя брошенным! С тобой этого не было... – он выкрикнул эти слова, а потом, словно задыхаясь, прекратил говорить, но Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница я не стал ничего отвечать, я решил подождать, когда он продолжит, потому что это было явно не все, что он хочет мне сейчас сказать. – А как я еще мог себя чувствовать? Что я должен был думать? Это ведь выглядело именно так, как будто ты просто оставляешь меня, что тебе нет до меня никакого дела. Может быть, и я тут не прав, ведь ты мне ничем не обязан и то, что ты помогаешь мне этого достаточно для меня. Но тогда ты мог бы и вести себя со мной так же... держать меня на расстоянии, чтоб мне не на Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница что было надеяться, так как ты делал изначально. Знаешь, я уже говорил, что не понимаю тебя, но ведь я и не могу тебя понять, потому что ты сам этого не хочешь... И я... я в один момент подумал, что ты не делаешь это все просто так, что, наверное, это что-то большее... Наверное, я ошибался, просто я не знаю, что у тебя на уме, ты ничего не говоришь мне об этом, ничего не объясняешь. Просто очень больно, когда все вот так вот разрушается, но я все равно благодарен, что ты помогаешь, хотя бы помогаешь, ты единственный, кто не отказался мне помогать Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница.

Он замолчал, и комнату опять окутала тишина. Джерард сказал достаточно для того, чтоб я мог понять его, чтоб понять серьезность ситуации для него, и как для него тяжело переживать такое отношение с моей стороны. Он ведь действительно ничего не может понять, потому что я никогда не рассказывал ему о том, что чувствую, так как не находил в этом никакой потребности, но теперь я понимаю, что для него это важно. Ему хочется доверять кому-то, в данном случае, этим кем-то оказался я, и я вроде бы даю ему причину верить мне, а потом забираю ее, превращая все в Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница ничего не значащую иллюзию. Но ведь я не хотел этого, я вообще тогда еще точно не разобрался, чего я хотел, я думал только о себе, я боялся жить по-другому, открывая для себя что-то неизведанное. Я не рассматривал для себя шанса хотя бы попробовать жить так, как мне говорят мои чувства, сейчас я понимаю, что просто должен это сделать, иначе мучиться будет не только Джерард, но и я.

- Я был не прав, я знаю, - мой голос звучит уверенно и ровно. Я никогда не умел признавать свою вину, извиняться перед кем-то, да и никогда этого не делал Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Все бывает впервые? В который раз убеждаюсь в этом. Так что, похоже, теперь мне придется научиться этому, если я пошел на поводу у своей «новой жизни».

- А что толку, Фрэнк? – он уже заметно успокоился и говорил, не повышая голоса, но в нем все еще слышалась обида.

- Я понял это и вернулся, - сказал я, но это опять оказалось не тем, что я должен был сказать. Этого недостаточно, это звучит, как незаконченное предложение. И почему мне все так сложно дается...

- А я, наверное, теперь должен обрадоваться и расцеловать тебя с головы до ног, что ты сжалился надо мной и пришел ко мне, пожертвовав Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница работой. Я не достоин таких жертв. Ты мог подумать, что я опять попытаюсь что-то сделать с собой... и поэтому сорвался с работы и пришел. Но видишь, я в порядке, потому нет причин чувствовать себя виноватым. Понимаешь, я просто не хочу быть тебе в тягость, чтоб ты сидел тут со мной через силу... Я не хочу, чтоб так было, - некоторые слова из его уст прозвучали грубо, порой, мне даже хотелось просто закрыть ему рот, чтоб он не продолжал говорить это. Все не так, не так, как он думает, он не знает правды, которую знаю я.

- Нет... все не так Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Ты все неправильно понимаешь, не так, как оно есть на самом деле, - начал я и сделал небольшую паузу. Я заметил, что Джерард уже хочет что-то сказать, но я не дал этому произойти и продолжил, сейчас у меня есть намерения сказать еще кое-что. – Я знаю, что ты и не можешь понимать... я это знаю, но я считал, что это неправильно, что я так не могу... Я думал, что такая жизнь не для меня, я думал, что лучше было бы вернуть все, как было, потому что я просто боялся...

- А сейчас? Сейчас ты не боишься? – с надеждой спросил он Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Хотя я и не сказал ничего точно, не конкретизировал, о чем я говорю, он меня понял, он понял, о чем речь.

- Боюсь, но понимаю, что не могу иначе... Я не должен идти против себя самого, хотя я не привык к этому всему... Просто я должен быть рядом с тобой и не должен обращаться с тобой так, как позволил себе сегодня утром. Я хочу быть с тобой рядом... не просто потому, что я помогаю тебе, - эти слова – это все, что я смог выдавить из себя, все, что пришло на ум мне в тот момент, но я все равно не договорил Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, кое-чего все-таки не хватало.

Я должен был сказать, почему хочу быть с ним рядом, признаться. Наверное, сейчас самое время, но я не сделал этого, я опять не смог этого сделать. Я посмотрел на Джерарда, который был приятно шокирован услышанным, он ведь хотел, чтоб все оказалось именно так. На его лице наконец-то появилась улыбка, которую я так ждал. Он улыбается – значит, все хорошо. Он подсел ко мне поближе и без лишних слов просто обнял меня, от чего я даже засмеялся, а он хихикнул в ответ.

- Прости меня, ладно? – шепнул я ему на ухо.

Он только кивнул и Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница опустил голову мне на плечо. Он верит мне, он все еще верит мне, и я не подведу его веру, я не заставлю в ней сомневаться. Больше никогда. Но может ли наше примирение означать, что теперь у нас все будет хорошо и счастливо? На этот вопрос вряд ли можно ответить... да и о наших отношениях сейчас с трудом можно сказать что-либо вразумительное, не то чтобы делать какие-то прогнозы.

20.

POV Gerard

Трудно поверить в реальность событий, сейчас происходящих со мной. Неужели это правда? Может быть, я до сих пор сплю и это все лишь сон... если это Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница так, то я предпочел бы не просыпаться, не просыпаться и провести всю жизнь в объятиях этого человека, чувствовать его близость и не отпускать никогда. Я бы продлил этот момент, растянул на целую вечность, а что, черт возьми, мне еще нужно от этой жизни? Я чувствую себя счастливым, нужным и не одиноким сейчас, в этот момент, с ним рядом. Наверное, это своеобразное начало моей новой жизни, нашей новой жизни, ведь теперь мы вместе, по крайней мере, я верю в это. Когда это закончится? Разве так не может быть всегда, разве это невозможно и я прошу слишком много?

Я слышу, как он дышит Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, как бьется его сердце, ощущаю тепло его тела, его рук. Я знаю, что он пришел ко мне, чтоб быть со мной, и даже этот факт не может не радовать меня. Теперь все должно быть хорошо, теперь все будет хорошо, теперь уж точно... Я просто хочу быть счастлив с этим человеком, именно с ним. И никто из нас не выбирал, не искал друг друга, никто не думал, что все будет именно так. Возможно, это судьба и нам просто суждено было встретиться в один день и пережить все, что мы уже пережили и то, что нам еще придется пережить Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница. Теперь все прояснилось, нам стало легче, мы поняли друг друга... и мне хотелось бы думать, что это еще один шаг к нормальной жизни, о которой я всегда мечтал. Конечно, это всего лишь мои надежды и мои желания, но ведь, что мешает стать им реальностью? Нет, сейчас я не хочу загадывать на будущее, переживать за что-то, дальше мы сами увидим, как все будет, но в данный момент мои мысли свободны от этого, я просто наслаждаюсь тем, что у меня теперь есть.

- Фрэнки? – осторожно спросил я, будто бы боясь, что ничего этого на самом деле нет, и это моя очередная галлюцинация Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница, обманывающая и оставляющая меня ни с чем.

- Что? – ответил он, и по моему телу прошла мелкая дрожь, когда провел своей ладонью по моей спине.

Его низкий бархатный голос, я с самого начала заметил его красоту, но сейчас он для меня еще более прекрасен. Этот голос обращается ко мне, говорит со мной, я хочу слышать его всегда и знать, что он никогда не перестанет звучать в моих ушах, в моей голове. Чувствовал ли я себя когда-то счастливее, чем сейчас? Нет, никогда, мне кажется, что со мной никогда не происходило ничего подобного, настолько воодушевляющего, заставляющего жить дальше.

Дата добавления: 2015-10-21; просмотров: 3 | Нарушение Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница авторских прав


documentayqoycv.html
documentayqpfnd.html
documentayqpmxl.html
documentayqpuht.html
documentayqqbsb.html
Документ Наш самый большой грех в том, что мы люди 10 страница